Врач и пациент любовь

Врач и пациент: делим ответственность

Окончательное решение: лечиться или не лечиться, а если лечиться, то как — пациент всегда принимает сам. Но не всегда он способен сделать это адекватно. Часто пациент доверяется врачу полностью и тогда, в случае плохого результата лечения, бремя ответственности доктора особенно ощутимо. Важно в каждом случае найти тот оптимальный груз, который и врач, и пациент смогут вынести с минимальным психологическим напряжением. И «распределить» этот груз должен именно ­врач.

Согласно ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323?ФЗ (ред. от 29.12.2015) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», «. медицинские и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи». Таким образом, личную ответственность за лечение больного несет его лечащий ­врач.

Кроме того, в каждом лечебно-профилактическом учреждении должны быть внутренние документы с четко прописанными границами ответственности врачей. Это не только залог качества лечебного процесса, но и гарантия соблюдения прав медицинских ­работников.

Согласно законодательству, пациент имеет право выбора действий, в том числе право отказа от лечения. Задачи врача — это, во?первых, сделать выбор со стороны пациента осознанным, основанным на полной информированности о своем заболевании, и, во?вторых, облегчить пациенту муки выбора. Здесь уже вступает в действие не столько юридическая, сколько моральная составляющая ответственности врача, которой и будет посвящено дальнейшее повествование. Разумеется, действия доктора — ситуативны и во многом зависят от психологического типа пациента и сложившейся модели общения: руководства, партнерства или ­контракта.

Однажды я стал свидетелем любопытного случая. У коллеги-онколога установился описываемый формат отношений с пациенткой, страдающей злокачественным образованием молочной железы. Он вел ее несколько месяцев: подготовительный период, секторальное удаление опухоли, курс химио­терапии. И вот, перед очередным курсом химиоте­рапии, он, в качестве поблажки, предложил ей самой выбрать дату явки в диспансер. Я наблюдал этот разговор и обратил внимание, как внезапно напряглась женщина. Дату явки она с большими колебаниями выбрала, но в ее глазах оставалась заметная ­растерянность.

После назначенного срока прошла неделя, другая, а пациентка всё не являлась. И когда задержка между курсами химиотерапии грозила снижением эффективности всего лечения, в диспансер пришла ее мать. Она объяснила, что дочь в диспансер идти отказывается, говорит: «толком не назначали». Благо доктор по телефону тут же поставил пациентке условие немедленно явиться на химиотерапию. Исход лечения был благополучным. Случай весьма показателен в плане того, какую колоссальную моральную ответственность налагает на врача принятие императивной модели ­взаимоотношений.

Плюсы для врача: послушный пациент. Можно императивно указывать больному на необходимые процедуры или, наоборот, столь же однозначно налагать полезные запреты. Минимальные затраты времени на пациента, но максимально эффективное по воздействию общение с ­пациентом.

Минусы для врача: максимальная, по сравнению с другими моделями общения, моральная ответственность за здоровье, а нередко и за судьбу пациента в целом. Выбрав императивный вектор, врач обязан придерживаться его на протяжении всего лечебного процесса, независимо от своих жизненных обстоятельств: настрое­ния, самочувствия и особенно личностного отношения к ­пациенту.

Подходящий пациент: данная модель особенно распространена и эффективна в ургентных направлениях медицины, а также в случаях, когда измученный или шокированный заболеванием пациент вверяет себя доктору, хватаясь за него как за последнюю соломинку. Поэтому данная модель взаимоотношений доминирует в акушерстве и гинекологии, онкологии, кардиологии, легочной и ­кардиохирургии.

Партнерство — более демократичная модель, предполагающая активное участие больного в процессе лечения. Основой партнерства служит эмпатия доктора — сознательное сопереживание пациенту. Доверительные отношения, когда врач предоставляет большую свободу действий пациенту, вместе с тем налагают и большую ответственность на последнего. Однако партнерство не отменяет моральной ответственности доктора, а лишь переводит ее в иное, по сравнению с руководящей моделью, русло. В первую очередь это касается максимальной степени информированности больного о собственной патологии и возможных вариантах лечения, которую постоянно должен поддерживать лечащий врач. Также недопустим внезапный переход от эмпативной-партнерской модели к императивной-руководящей. Это может привести к утрате доверия со стороны пациента и, как следствие, к снижению эффективности ­лечения.

Плюсы для врача: при уже сформировавшейся эмпатии к пациенту и соответствующем отношении со стороны оного — «партнерская» модель является самой приятной и психологически удобной для обоих участников. Взаимопонимание превращает врачебный осмотр и обсуждение назначений в непринужденную беседу. А достигнутое в ходе диалога понимание и согласие пациента на процедуры и действия — снимает с доктора немалую часть груза единоличной ­ответственности.

Минусы для врача: грань чистой эмпативности очень тонка и обязывает к тщательному соблюдению определенной психологической дистанции с пациентом. Несколько пренебрежительных или излишне жестких фраз могут разрушить взаимопонимание. К сожалению, часто врач осознает всю зыбкость «партнерства» с пациентом уже после того, как начался разлад. А для налаживания новой продуктивной модели общения придется потратить массу драгоценного времени и психологических ­усилий.

Подходящий пациент: партнерская модель эффективна и распространена при хронических патологиях с долгими ремиссиями: в онкологии, эндокринологии, гастроэнтерологии, неврологии, психотерапии. «Партнерами» по беде мы становимся, когда в роли пациентов выступают наши коллеги-врачи и медработники в целом. Порядочность требует от нас «партнерства» при негативном прогнозе у пациента: неоперабельная патология, высокая вероятность неудачного лечения. В таких случаях мы не столько перекладываем часть ответственности на пациента, сколько честно предоставляем ему сделать информированный сознательный, быть может, последний в жизни, ­выбор.

NB! Если пациент не вызывает определенной симпатии у врача — к партнерской-эмпатийной модели взаи­моотношений с ним лучше не приступать. Иначе велик риск «срыва» в руководящую модель и, как следствие, снижения эффективности взаимодействия с ­больным.

Контрактная (договорная) модель предполагает равноправие врача и пациента в принятии решений, касающихся лечебного процесса. Лечение не только совместно оговаривается, но и контролируется обоими участниками. Это схема поведения, когда врач наиболее удален от пациента морально. Сознательно участвующий в собственном лечении пациент принимает на себя, с точки зрения врача, немалую долю и моральной ответственности за результаты. За врачом остается лишь обязательство всецелого информирования пациента обо всем, касающемся заболевания и его ­терапии.

Плюсы для врача: у доктора, аккуратно исполнившего функцию информатора, зачастую вообще не возникает проблемы «этических недоработок». Ведь он честно выполняет свой, предусмотренный контрактом объем работы по взаимодействию с пациентом. Остальное — поле деятельности самого ­больного.

Минусы для врача: обязанность быть умеренно вежливым, умеренно сочувствующим и при этом сверхкомпетентным. Данная модель подразумевает весьма придирчивого пациента. Именно на некомпетентность «врачей-контрактников» чаще всего жалуются «контрактники-пациенты» и требуют, в лучшем случае, сменить лечащего ­врача.

Подходящий пациент: контрактная модель взаимоотношений с пациентом в чистом виде возможна лишь при непродолжительном лечении: стоматология, амбулаторная хирургия, дерматовенерология. Или же в коммерческой медицине, где отношения врач-пациент изначально базируются на финансовых составляющих. Иначе контрактная модель неизменно переходит к партнерской или руководящей моделям. В первом случае нет ничего плохого — при условии, что врач умело поддерживает эмпатийные взаимоотношения. А второй вариант чреват конфликтами, когда велик риск отвержения пациентом нарушившего контрактный барьер «хама»–врача.

Врач не обязан переживать одновременно с пациентом страх, разочарование, озлобленность. Он обязан понимать суть самого переживания пациента в каждом случае. Лишь тогда доктор сможет выработать наиболее адекватную линию поведения с ним. И соблюсти хрупкий баланс между моральной безответственностью отстраненного исполнения профессиональных обязанностей, с одной стороны, и излишней чувствительностью к бедам пациента, чреватой нервным срывом и утратой продуктивности — с другой. Так что индивидуальный психологический подход к больному нам в помощь. Критерий его успешности — благодарность пациента и его родственников, которая возможна даже при неудачных исходах: «Доктор, спасибо, вы сделали то, что ­могли».

Источник:
Врач и пациент: делим ответственность
Александр Чернов о том, как меняется моральная ответственность врача в зависимости от модели взаимоотношений с пациентом
http://www.katrenstyle.ru/articles/journal/medicine/ethics/vrach_i_patsient_delim_otvetstvennost

Врач и пациент любовь

24.03.2018 — Comments are off for this post.

Важная компетенция и зона для развития врача — умение говорить на языке «выгод» для пациента.

Тема трудная, поэтому часто вызывает сопротивление. Причины разные, но результат один: если вы не подчеркнете для пациента выгоды, к примеру, компьютерной томографии, комплексного лечения или профилактического осмотра, то это сделает кто-то другой.

Попробуйте формулу – характеристика – преимущество – выгода. Т.е. когда мы обозначаем только «лечение под микроскопом» — это характеристика. Пациент не проявляет по этому поводу никакой заинтересованности, потому что в этот момент выгоды для него не очевидны. Это для вас есть причинно-следственная связь, для пациента ее нет. Либо наоборот — мы говорим о выгодах, не подкрепляя характеристиками и преимуществами. «Профгигиена позволит вам чувствовать себя более уверенно». Звучит не очень убедительно.

По-другому: профессиональная чистка проводится раз в полгода (характеристика), позволяет прочистить труднодоступные места, убрать мягкие и твердые отложения (преимущество перед чисткой зубов в домашних условиях), что необходимо для профилактики воспалительных заболеваний полости рта. Смысл сказанного для пациента — здоровые крепкие зубы и отсутствие длительного дорогостоящего лечения в ближайшие 5 лет. Вот это уже точно выгода.

Важно помнить: выгода должна быть очевидна и понятна для пациента, а не только для врача. Для этого крайне важно на этапе установления контакта и в последующем прояснить потребности пациента. Про потребности расскажем в следующей статье.

Источник:
Врач и пациент любовь
24.03.2018 — Comments are off for this post. Важная компетенция и зона для развития врача — умение говорить на языке «выгод» для пациента. Тема трудная, поэтому часто вызывает сопротивление.
http://bewinner.biz/trudnosti-perevoda

Должен ли врач любить пациента? За и против

В День медика задались вопросом о врачебной этике. Обязан ли врач определенным образом относится к пациентам? Любить, уважать, сострадать? Если да, как этого достичь? Если нет, как регулировать отношения врач-пациент? Об этом мы спросили хирурга Владимира Бакушина и психотерапевта Клавдию Белоус.

В США недавно провели исследование, которое доказало: немало страданий пациентов связаны не с болезнями, а с отношением к ним медперсонала. И это в стране, где специалиста за повышение голоса или отсутствие «дежурной улыбки» ждет увольнение.

Некоторые пациенты, условно говоря, страдают от неразделенной любви к врачам («я к нему со всей душой, а он даже мои жалобы не дослушивает»). Другие – от взаимной нелюбви. Самые распространенные жалобы: неделикатное сообщение о диагнозе и прогнозах недуга, обсуждение состояния пациента с коллегами при нем, нарушение границ. В целом на нехватку человечности жалуется 48% тех, кто пребывает в стационарах. А вот среди бывших клиентов недовольных намного меньше. Исследователи объясняют это тем, что, выздоравливая, люди склонны забывать недостатки — из благодарности медикам или чтобы вычеркнуть негатив вместе с болезнью из памяти.

Мнение ЗА. Хирург Владимир Бакушин: «втюриться» в профессию — невозможно

Я не считаю, что «врачевание любовью» — это только красивые слова. Хотя я сам могу перечислить возражения тех медиков, кто в них не верит. Большой поток пациентов, мало времени на каждого (у терапевта может быть минимум — 6 мин).

Многие коллеги скажут, что любить – нереально. Максимум – профессию. Именно поэтому, мол, они выбрали быть врачом. Но я не понимаю, как это – «втюриться» в профессию. Хирургам нравится именно делать разрезы? Стоматологам – сверлить зубы? Любить выслушивать хрипы? И это я еще назвал не все врачебные специализации… Можно любить лечить, исцелять – но это уже возможно только по отношению к конкретному человеку. Если бормашинка тебе ближе, чем пациент, ты не врач, а оператор бормашинки. Не зря еще Парацельс говорил: «Важнейшая основа лекарства — любовь». Или Гиппократ, клятву которого мы приносим, также говорил: «Врач должен быть открытым для людей, так как суровость делает его недоступным для больных».

Потратив чувства на пациентов, специалист не оставит душевных ресурсов для близких людей, для семьи. Невозможно любить из-под палки, даже к жене или мужу может не быть чувств, хотя «надо». Насильно мил не будешь, а пациенты с их часто не по делу жалобами, взвинченностью, скандалами, обрывками знаний из интернета – часто предстают для врача далеко не милой стороной. Невозможно отвечать всем требованиям, а чем больше идешь навстречу, тем больше садятся на шею. «ТЫЖВРАЧ» — когда медикам пытаются звонить по ночам, расспрашивают о своих диагнозах на отдыхе и всячески игнорируют тот факт, что врач – тоже человек, со своими потребностями.
И самое весомое: эмоции мешают беспристрастности, объективности. Кому, как ни хирургам знать, что из-за жалости может дрогнуть рука, и вообще ампутация – это больно и ужасно, зато спасает человека от смерти. Как ни странно, со всем этим спорить не буду.

Мнение ПРОТИВ. Психотерапевт Клавдия Белоус: чувствительных врачей ждут болезни и «выгорание»

Это история жизни пожилой женщины – невропатолога. Немного рассеянная, громко кашляет, так как хронический бронхит (много курит), и в силу возраста плоховато слышит. Добрые глаза, морщинки от внешних уголков добрались почти до ушей, а губы поджаты до белизны в длинное тире, только уголки, намеком стремятся вниз. История начинается, как сказка…

Жила-была одна девочка. Вся такая «оченьмолодец» — отзывчивая, чуткая и внимательная к окружающим. С детства знала, кем хочет быть – врачом, конечно, людям помогать. У девочки сестра была младшая. Пока девочка о профессии мечтала, все изобилие сострадания и заботы доставались сестре. Девочка выросла. С пятой попытки поступила в медицинский ВУЗ (потому что без связей!) и мечты сбылись – стала врачом. Причем прекрасным специалистом, из тех, что нарасхват. Стала причинять заботу на законных основаниях. И все бы хорошо… Да вот младшая сестра по сей день упрекает ее в бестактности и отстраненности от проблем родных и близких.

При упоминании о претензиях сестры, самого родного человека, лишь легкое недоумение еле уловимо проскальзывает в тоне невропатолога. А в остальном она уверенно кивает, рассуждая о необходимости врачей абстрагироваться от переживаний. Абсолютно спокойный, бесстрастный уверенный в себе профессионал.
Это – типичная грустная для врачей история. Регулярное целенаправленное игнорирование своих чувств, приводит к снижению способности их распознавать.

Врач, «по-человечески» относящийся к пациентам, разделяющий их переживания и сострадающий – это миф. Если же он появляется во плоти, то существует в этой плоти недолго. А именно – быстро заболевает сам или соблазняется дорожками зависимостей.
К примеру, один мой знакомый хирург порой перед операцией так напивался, что при виде разреза его мутило. По статистике британских ученых врачей-алкоголиков — 7%! И это только те случаи, в которых алкоголизм официально признавали! Врачей, сохраняющих чувствительность в полном объеме, может ожидать скользкая дорожка разного рода зависимостей, психосоматических и других последствий.

В каком состоянии люди приходят к врачу? Тревога, боль, страх, раздражение. Иногда горе. Вся та непростая гамма чувств, которая «не-знаю-даже-кому» по душе. И еще с надеждой. Ожиданием, что все наладится. Пытаясь целиком и полностью делегировать медперсоналу, и врачу (в первую очередь), ответственность за свое благополучие. Зачастую не только физическое, но и психоэмоциональное. И врач, если не расчитывать всерьез, что он всемогущий и двужильный, нагрузку получает не шуточную.

Находиться ежедневно рядом с человеком, пережившим утрату, мучительно. Зачастую сложнее, чем эту самую утрату пережить самому. Так и с больным, особенно тяжело больным. В качестве примера всплывают в памяти всяческие скверные старушки, из тех, что только жалуются и кряхтят. Тянут жилы. Не бодрая деятельная старость, но болезнь мнимая или явная. Больной человек уже вызывает раздражение, потому как нуждается в помощи. Тяжело больной вызывает чувства куда сложнее: бессилие помочь, глубокое сочувствие и душевную боль, ярость, сопровождающую несвоевременность или сами изменения. И в довесок к вышеупомянутому, так, как будто бы мало этого, стыд и вина. Стыд и вина за случайные срывы, за покрикивание на больного, за все-все случаи, когда не хватило терпения дослушать рассказ, за то, что выбираешь себя, а не несчастного и страдающего близкого.
Так вот. Для врача это работа.

И все эти переживания были бы ее частью, если бы врач не отстранялся. И это повальное эмоциональное анестезирование — здоровый способ приспособления, попытка наиболее гуманным способом уберечь себя и одновременно повысить уровень профессионализма.

Источник:
Должен ли врач любить пациента? За и против
В День медика задались вопросом о врачебной этике. Если врач эмоционально выкладывается с пациентами, он может "обрасти" психологическими проблемами. А равнодушный врач может ранить словом. Где "золотая середина"? Об этом мы спросили хирурга Владимира Бакушина и психотерапевта Клавдию Белоус — интервью на Likar.info
http://www.likar.info/zdorovye-vsey-semyi/article-77061-dolzhen-li-vrach-lyubit-patsienta-za-i-protiv/

Медицинские интернет-конференции

Базаркина М.Н., Ступникова Е.Д.

В статье рассматривается история термина «эмпатия», роль эмпатии во взаимоотношениях врача и пациента, а также передовые исследования в данной области.

Базаркина М.Н., Ступникова Е.Д.

Министерство здравоохранения Российской Федерации

ФГБОУ ВО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава России

Кафедра Философии, гуманитарных наук и психологии

О роли эмпатии в отношениях врач-пациент

В настоящее время все большее внимание уделяется модернизации здравоохранения. Ставятся задачи по улучшению качества и доступности медицинской помощи для оптимизации состояния здоровья населения [1]. Кадровая политика направлена в сторону подготовки молодых специалистов, а также непрерывного повышения квалификации медицинских кадров. Однако многие ли медицинские работники имеют актуальный взгляд на организацию своей работы? Или же сосредоточены исключительно на профессионализме, не уделяя должного внимания этике общения с пациентом? Речь идёт об эмпатии, способности врача к состраданию, сочувствию и сопереживанию. Является ли наличие этих качеств основополагающим свойством компетентного практикующего врача или значение эмпатии переоценено? Для ответа на этот вопрос обратимся к истории термина.

В переводе с греческого «Empatheia» означает сопереживание; постижение эмоционального состояния, проникновение.

Автором термина «Эмпатия» считается Эдвард Титченер, который перевел немецкое слово «Einfuhlung» как «вчувствоваться в. », применительно к эстетике это понятие описывает процесс понимания произведений искусства.

Термин эмпатии стал распространяться в психологической литературе в начале 50-х годов ХХ века. До этого ученые использовали термин «симпатия», но он употреблялся в более широком смысле. Несмотря на то, что понятие симпатии прочно закрепилось в психологии, эмпатия же стала именно «рабочим» термином, хотя до сих пор ученые дискутируют относительно понимания дефиниции данного термина.

Философ-идеалист Теодор Липпс еще в начале ХХ века говорил об эмпатии как о способности почувствовать эмоции и переживания другого человека путем подражания. В том числе, при помощи эмпатии Липпса, можно было воспринять то, что хотел передать автор при создании произведений искусства или архитектурных объектов.

Фундаментальное значение эмпатия приобретает в теории американского психолога К. Роджерса. В терапии Карла Роджерса эмпатии принадлежит ключевая роль. Роджерс считал эмпатию основополагающей установкой врача в терапевтических отношениях и первостепенным условием изменения личности клиента. Эмпатия была признана большинством терапевтических школ в качестве одного из основных навыков терапевта, необходимого для создания благоприятного терапевтического климата.

«Очень редко мы позволяем себе понять, что значат слова, чувства, убеждения другого человека для него самого» (К. Роджерс, «PSIHOLOGIES», 2006 г.).

В 1975 году в своей статье «Empatic: an unappreciated way of being» Роджерс писал: «Эмпатический способ общения подразумевает постоянную чувствительность к меняющимся переживаниям другого человека: к страху или гневу, к растроганности или стеснению, одним словом, ко всему, что испытывает клиент. Это означает временную жизнь жизнью другого, деликатное пребывание в ней без оценивания и осуждения. Быть эмпатичным психологом весьма трудно. Это значит быть ответственным, активным, сильным и в то же время предельно понимающим и чутким» [2].

Об эмпатии, как о взаимодействии врача и пациента, впервые заговорил основатель психоанализа Зигмунд Фрейд.

В начале 20 века он сформулировал наиболее близкое к современному понятие эмпатии: «Мы используем эмпатию, чтобы поставить себя в состояние психически схожее с состоянием пациента. В собственных эмоциях мы стараемся повторить его переживания, чтобы понять его предельно четко и полно» [6].

Он не уделял большого внимания данной теме, хотя и осознавал важность ее роли. Он полагал, что понять чувства другого человека и войти в его положение можно при помощи сочетания двух механизмов одновременно — заражения и подражания, что даст возможность понять взаимодействие людей при тесном общении.

М. Шеллер рассматривал эмпатию как метод для познания другой личности, при этом выделяя три вида эмпатии — сопереживание, сочувствие и истинную эмпатию — рациональное состояние, на котором происходит реализация человечности [3].

Т. Рибо разделил феномен симпатии на два уровня — синергию и синестезию. Синергия выступает на низшем психологическом уровне в качестве подражания, а синестезия на более высоком — уже как согласованность чувств и переживаний.

Рибо отмечает сложность протекания эмпатического процесса, поскольку зачастую люди, близко чувствующие эмоции других, стараются как можно скорее от этого избавиться просто исключив себя из ситуации и отказавшись от помощи [4].

Штерн же в основном занимался эмпатией детей и указывал на то, что через «чувства с другими» (сострадание, сорадость) можно развить у них «чувства к другим» (любовь, нежность и т.д.).

Говоря об умении правильно владеть навыками эмпатии среди будущих и практикующих врачей можно обратиться к исследованиям Васильковой А.П. В своих работах она говорит о том, что эмпатия- одно из ведущих профессионально значимых качеств медицинского работника, оказывающее решающее влияние на отношения врач-пациент. Уровень эмпатии является стабильной личностной характеристикой и не изменяется сильно в процессе профессионального становления. Эмпатийность врача выводит его общение с пациентом на совершенно другой уровень. А.П. Василькова по итогу своего исследования выявила несколько практических рекомендаций. Ведь далеко не каждый специалист слышал об эмпатии и тем более умеет грамотно строить общение с пациентом [5].

В рамках современной модернизации медицинской сферы особое внимание должно быть уделено формированию эмпатии среди абитуриентов-медиков, студентов и практикующих врачей. Достигнуть этой цели можно разными способами.

На ранних этапах довузовской подготовки возможно выявление абитуриентов-медиков, обладающих достаточным уровнем эмпатии в процессе профориентации и профотбора.

При обучении студентов-медиков возможно увеличение практической составляющей психологических дисциплин и расширения их междисциплинарного взаимодействия с клиническими. Правильная психологическая подготовка студентов развивает не только эмпатийные качества, но и способность решения остропроблемных ситуаций, с которыми будущим медикам придётся сталкиваться очень часто. А среди практикующих врачей развитие эмпатии возможно посредством специальных курсов и тренингов по повышению квалификации.

Способность врача понять персональные особенности пациента, играет огромную роль при установлении доверительных отношений в коммуникации врач-пациент [7]. Врач, который действительно заинтересован в помощи больному в проблеме, с которой тот обратился, несомненно, вызывает большее доверие, и как следствие формирует комплаентное поведение со стороны пациента [8].

Следует обратиться к современным исследованиям о роли эмпатии в коммуникации врач-пациент. Ученые из Американской академии хирургов-ортопедов пришли к выводу о том, что пациенты выше оценивают своего лечащего врача, если он понимает их переживания. В качестве респондентов выступили 112 пациентов. По результатам проведенного опроса: удовлетворенность пациентов на 65% зависит от эмпатии врача и только на 35% от таких факторов, как профессиональная грамотность врача, длительность приема, время ожидание в очереди и прочее.

Также в качестве примера можно привести исследования Гриффина. Он установил, что на приверженность пациента к лечению влияют такие факторы, как: поощрение пациентов задавать вопросы; запись вместе с пациентами важной ключевой информации (лекарства, их прием, название процедур и т.д.); информирование пациентов; внимание к эмоциональному состоянию пациента; внимание к ожиданиям пациента.

Таким образом, недостаточно быть хорошим специалистом, если достижение взаимопонимания с пациентом вызывает трудности. Внимание пациентов к личностным качествам врача весьма велико. Необходимо не только развивать новые медицинские технологии, но и добиваться того, чтобы пациенты следовали рекомендациям врача, то есть демонстрировали комплаентное поведение, высокую персональную ответственность и заинтересованность в излечении [8]. Поэтому значение эмпатии в практике врача чрезвычайно велико. Зачастую этот фактор является ключевым при расположении к себе пациента и создании необходимого доверительного общения, что в большинстве случаев позитивно сказывается на качестве лечения. Модернизация медицинской сферы должна получить новое направление для подготовки не только высококвалифицированных врачей, но и специалистов, умеющих сострадать, сопереживать и желающих «делать благо» пациенту.

Список литературы:

1) Сийидмагомедова Г.Д., Магомедмирзоева Т.А., Ермолаева Е.В. Здоровье как основополагающая ценность современного общества // Бюллетень медицинских интернет-конференций. 2016. — Т. 6. — № 1. — С. 100.

2) Роджерс К. Эмпатия // Психология мотивации и эмоций / под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер и М.В. Фаликман. — М., 2002.
3) Шелер М. Феноменология и теория познания / М. Шелер // Избранные произведения; пер. с нем.; сост., науч. ред., предисл. А.В. Денежкина; послесл. Л.А. Чухиной. — М: Гнозис., 1994. — С. 198-206.
4) Рибо Т. Психология чувств / Т. Рибо // Эволюция общих идей; перевод М. Гольдсмит. — М: ЖИ, 2007.
5) Василькова А.П. Эмпатия как один из специфических критериев профессиональной пригодности будущих специалистов медиков: дисс. … канд. псих. наук. – СПб, 1998.
6) Фрейд А. Психология Я и защитные механизмы (Das Ich und die Abwehrmechanismen) [Текст] / А. Фрейд. — Москва: Педагогика-Пресс, 1993. — С. 68
7) Фахрудинова Э.Р., Чижова К.Е., Чижова М.Е. Междисциплинарное изучение модели «врач-пациент» // Омский научный вестник, 2014. — № 52. — С. 162.

Источник:
Медицинские интернет-конференции
Базаркина М.Н., Ступникова Е.Д. В статье рассматривается история термина «эмпатия», роль эмпатии во взаимоотношениях врача и пациента, а также передовые исследования в данной области.
http://medconfer.com/node/11561

COMMENTS